Menu

"Матрица". Часть 2: Цена реальности

...Сайфер решается на предательство и продаёт свою свободу ради счастья комфортно себя чувствовать, навеки погрузившись в Матрицу. Что же такое неприятного оказалось в этой свободе?

Итак, я сделаю допущение, что не всеблагой Бог, источник истины, но какой-то злокозненный гений, очень могущественный и склонный к обману, приложил всю свою изобретательность к тому, чтобы ввести меня в заблуждение: я буду мнить небо, воздух, землю, цвета, очертания, звуки и все вообще внешние вещи всего лишь пригрезившимися мне ловушками, расставленными моей доверчивости усилиями этого гения… (Декарт "Размышления о первой философии")

Итак, Сайфер решается на предательство и продаёт свою свободу ради счастья комфортно себя чувствовать, навеки погрузившись в Матрицу. Что же такое неприятного оказалось в этой свободе? Свобода считается привлекательным словом, которое часто ассоциируется с лёгкостью, ощущаемой после того, как ты сбросил с себя тяжёлую ношу. Но свобода "Матрицы" – это свобода прозревших, как раз и принимающих на себя непомерный груз правды о себе и о мире. А как же долгожданная лёгкость свободы? Образ этой лёгкости в "Матрице" – прыжок Морфеуса с небоскрёба на небоскрёб в учебной программе, имитирующей Матрицу. Но то учебная программа, а в самой Матрице до Нео ещё никто не смог уклониться от пули…

Представьте себе, что на выходе из Матрицы вас ждёт кошмарная правда о мире и самом себе, дополненная спартанскими условиями проживания во враждебной среде. В то время как на другой чаше весов – относительно спокойное существование в модели, имитирующей конец истории. Но всё же поступок Сайфера мы называем предательством, хотя даже не уверены, что сами поступили бы иначе. Почему реальность дороже и ценнее сна, даже если сон красив и приятен, а реальность ужасна, насколько это вообще возможно?

Кинематограф ежегодно эксплуатирует тему переплетения сна и реальности, но "Матрица" – один из тех фильмов, который занимается не переплетением, а распутыванием клубка из грёз в надежде удержать в руках нить связи с реальным. Нео идёт в строго выбранном направлении, без долгих колебаний выбирая красную таблетку правды.

Рене Декарт в "Размышлениях о первой философии" старался нащупать некоторую опору, благодаря которой реальность можно назвать реальностью – вещественной, очевидной и неотменяемой, в отличие от зыбкости сна, улетучивающегося в момент пробуждения. Основатель дуалистической традиции в западноевропейской философии не просто отделил ум человека от тела, а мыслимое от чувственного, – он придал уму характер точки опоры (мыслю, следовательно, существую), а тело превратил в некий багаж, который может посылать уму ложные сигналы. Так и чувственные вещи могут быть для нас источником обмана. Перенося эту модель на вселенную "Матрицы", мы видим, что Нео, по догадке Морфеуса, "всю жизнь ощущал, что мир не в порядке". Говоря словами старинной пьесы,

В мире, где мы обитаем,

Жизнь до того странна,

Что сну подобна она.

И, если верно рассудим,

Жизнь только снится людям,

Пока не проснутся от сна.

Это ощущение сродни сомнению Декарта, который задаётся вопросом, не снится ли ему вся его жизнь. Но сомневаться может только тот, кто мыслит, а мыслить – значить, существовать.

Остаётся разобраться с чувственным миром. Каждое посылаемое им ощущение можно подозревать в обманчивости, и кажется, что Матрица как коллективная галлюцинация и есть сплошной обман чувств и разума. И если бы это было так, то из Матрицы вообще не было бы никакого выхода. Сомнение героя Киану Ривза навсегда осталось бы смутным чувством, тревожащим его время от времени, если бы не… телефонные звонки. Звонки по мобильному или стационарному телефону, или звонки в телефонной будке – неважно. Главное – это голос. Голос, говорящий тебе о твоём Сомнении, по-настоящему реален – именно он на краткие минуты общения отключает сознание от "натянутой на глаза" плёнки псевдореальности. В эти минуты сомнение из некой скрытой в тумане опоры начинает открываться мысленному взору, обрастать плотью, возможно, истинных ощущений, первым из которых и есть голос Морфеуса, призывающий ему довериться. Но доверие – это не область очевидного, а область веры. А вот о вере и религии в "Матрице" стоит поговорить отдельно…

(Продолжение следует...)

back to top

Новые кинообзоры

Проект "Фабрика смыслов"