Menu

"Матрица". Часть 3: Религия в фильме Вачовски

Мир "Матрицы" насквозь религиозен. Пророчества Пифии, которыми живёт команда Морфеуса в ожидании Избранного, явный след восточных духовных практик в тренировках Нео, образ Христа как Нового человека (Нео), Мессии, способного освободить человечество – и всё это только при самом поверхностном взгляде на смысловую часть кинокартины. Что же за неведомая религия скрывается за статусом избранного – новая религия цифрового будущего или, напротив, нечто давно известное, отсылающее к ветхозаветным пророкам, Спасителю в христианстве или просвещённым в восточной традиции?

Очевидно, что буддист увидит в фильме что-то буддийское, а христианин – христианское. Поэтому логично выделить в фильме прежде всего те религиозные мотивы, без которых "Матрицы" бы не было. Главный из этих мотивов – мотив пробуждения. Внимательный взгляд на окружающий мир, устроенный неправильно, заставил Будду отречься от мирской жизни, что можно считать первым пробуждением. Для принца Гаутамы Будды правда жизни в виде скорбей и болезней оказалась сильнее искусственной среды роскоши – настолько, что он без колебаний выбрал путь отшельника. Так же и служащий мистер Андерсон, подозревая, что мир устроен как-то неправильно, скованный комфортной офисной искусственной средой, отказывается от неё, но даже не ради правды – а ради знания правды. Так же, как и Будда, он попадает в мир аскезы и обнаруживает в себе силу духа, о которой ранее и не подозревал.

Но есть и более глубокое, второе пробуждение – и для него тоже можно провести параллель. Когда Будду спросили, что такое "Полное Совершенное Пробуждение", он ответил: "Это состояние Пустоты, ибо все понятия и идеи равны в своей пустотности. Это состояние полного отсутствия желаний, ибо три области вселенной равны (в своих стремлениях и желаниях). Это состояние Беззнаковости, ибо все знаки равны. Это состояние не-действия, ибо все действия равны. И это – состояние необусловленности, потому что все обусловленные дхармы равны". Глубокому пробуждению, в результате которого мистер Андерсон становится Нео, способствуют тренировки, проводимые Морфеусом в программе, симулирующей Матрицу. Будущий мессия учится преодолевать желания (вспомним блондинку в красном платье) и воспринимать Матрицу как пустоту, которая не должна вызывать лишних мыслей, обусловленных привычными, но вводящими в заблуждение формами.

В фильме процесс пробуждения связан с мучительными ожиданиями экипажем "Навуходоносора" результатов тренировок – действительно ли Нео избранный? Избранность, на которую указывает пророчество, – также очевидный религиозный компонент картины. Оставляя в стороне возможные аналогии с Христом, Буддой или пророками Ветхого Завета, обратим внимание на цель избранничества Нео. Люди вне Матрицы, ведущие неравную борьбу с машинами, надеются в лице Нео на избавление от этой изнуряющей уже не одно поколение борьбы, на долгожданную победу. За счёт чего может быть достигнута победа, если речь идёт всего лишь об одном новом человеке, которого с огромными усилиями вытащили из Матрицы и учат жить в нехарактерных для него условиях? Значит, в самой личности Нео должно быть скрыто что-то, что превышает силу машин. Грубо говоря, люди надеются на чудо. Объяснить превосходную реакцию Нео в Матрице можно его талантами и старанием исполнить свою миссию – это некое индивидуальное самосовершенствование, путь, подобный тому, что избрал Будда. Но из фильма видно, что превосходной реакции недостаточно – вездесущие агенты не умирают, а для гибели Нео достаточно лишь одной ошибки.

Чтобы подняться над Матрицей так, как это необходимо для победы над агентами, Нео недостаточно индивидуальных сил. В эпизоде, который может показаться несколько наивным, Нео воскресает после того, как Тринити целует его и признаётся в любви. Любовь становится тем фактором (чудом), который превращает просто умелого бойца в действительно избранного. И это, очевидно, вовсе не буддийская тематика. В поведении Тринити зритель видит веру в пророчество, которая, будучи укреплена любовью, превозмогает видимое и делает реальностью невидимое. Напрашивается сравнение со словами апостола Павла: "Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом". (Евр. 11:1) Нельзя не отметить и явную параллель с воскресением Христа, для которого законы падшего мира (Матрицы) уже не законы, а условность. Начинаясь подобно буддийской притче, "Матрица" завершается во вполне христианском ключе. Христианские мотивы в ещё более значительной степени будут развиты во второй и третьей частях фильма, о чём пойдёт речь в заключительной части обзора.

(Окончание следует...)

back to top

Новые кинообзоры

Проект "Фабрика смыслов"